Мнимая бедность России

Общество & Религия

Не реже раза в неделю натыкаюсь на новую оценку места нашей страны в мире, снова и снова дивясь (исключения редки) мазохизму рассуждающих на эту тему. Наш главный национальный изъян — обычай ныть и жаловаться — нашёл выход в соревновании: кто придумает для России более низкую позицию в ранжире стран. Хотя такого рода первенства больше рассказывают об их участниках, чем о предмете, они воскрешают и старый вопрос: возможны ли сравнения стран между собой в принципе?

Вообще-то вполне нормально, что страны, как и люди, чем-то меряются. Длиной дорог, поголовьем овец, королевами красоты, числом студентов. Но разнородные сравнения плохо сливаются в убедительный обобщающий итог, а распределение призовых мест интересно всем. Помню, из таблиц в школьном учебнике экономической географии следовало, что чугуна и стали у «нас» выплавляли меньше, чем у «них», зато, кажется, больше издавалось книг на душу населения (и каких!). Учебник объяснял: мы пока на «общем» втором месте, но скоро обгоним по металлам (считалось, что это главное) и окажемся на первом. Позже и по чугуну догнали, и по стали, но о выходе СССР на первое место никто почему-то не заикался. Старичок-сосед, ревниво читавший газеты, объяснял причину: никак мы «их» не догоним по электричеству (издания для народа до середины 80-х ловко обходили тему автомобилей). «Электричество, оно всё показывает», скорбно вздыхал он, и был ближе к истине, чем чугунопоклонники.


Сопоставления стран через чугун, уголь, локомотивы, пшеницу и пр. делаются во всем мире со времен Крымской войны, и почему не сравнить таким способом Бельгию с Голландией? Но как сравнить ту же Бельгию с Грецией, металлургию с апельсинами? Однако по мере того, как развитие мировой торговли всё больше сближало и не только в странах-соседях цены на товары и услуги, утвердилось убеждение, что «рука рынка» всему нашла истинную цену и, стало быть, сравнивать надо через «золотые рубли», «золотые марки», «золотые франки». Изобретение же таких понятий, как национальный доход и продукт (он бывает совокупный, валовой, конечный, общественный, внутренний, национальный), породило соблазн пересчитывать их через банковский курс и, не мудрствуя, выстраивать страны по степени успешности.


Изъяны всех сравнений


Но у соблазнительного метода есть неустранимый дефект, особенно очевидный в последние месяцы. Рост экономики в странах Евросоюза уже год как нулевой, однако ВВП (валовой внутренний продукт) его членов по итогам 2003 года, пересчитанный из евро в доллары по средневзвешенному курсу, будет говорить об экономическом взлёте Европы. Просто потому, что за считанные месяцы доллар полегчал относительно евро почти на треть.


Самый разительный пример того, как валютный курс способен обратить статистику в насмешку, мы находим в «Российском статистическом ежегоднике 1996». На стр. 622 авторы почтенного справочника определяют российский ВВП 1991 года в 2409 миллиардов долларов, а следующего за ним 1992-го — не дрогнув! — всего в 99 миллиардов, в 24,3 раза ниже! А всё потому, что в 1991 году советская статистика ещё оценивала доллар примерно в 60 копеек, тогда как российская с 1992-го перешла на стихийно сложившийся, но при этом немыслимо завышенный рыночный курс. Почему завышенный? Потому что его создала небольшая группа наиболее выгодных в тот момент для ввоза и быстрой продажи товаров — не в последнюю очередь компьютеров.


С тех пор вовлеченность новой России в мировую торговлю растёт, соотношение рубль-доллар движется (в теории) к истинному, но до цели ещё очень далеко. Большинство экспертов согласны, что доллар у нас по-прежнему переоценён. Так, бывший главный банкир страны Виктор Геращенко, едва ли дилетант, утверждает, что красная цена доллару 19 рублей, профессор Стэнфордского университета Михаил Бернштам — что 15. Ещё по одному расчёту (о нём позже) доллар не дотягивает и до 9 рублей.


Дефект пересчета ВВП по банковскому курсу особенно хорошо поймёт тот, кто переезжал из дешёвых стран в дорогие. Попав в Токио, он убеждался, что всё здесь, кроме подержанных автомобилей, в пересчёте по курсу банка вчетверо дороже, чем, скажем, в Софии. И как прикажете сравнивать ВВП Болгарии и Японии через доллар?


Все это в мире давно поняли и давно научились рассчитывать ВВП по паритету покупательной способности (ППС) — методу, разработанному шведом Густавом Касселем лет сто назад и с тех пор многократно улучшенному. В известной «Книге фактов ЦРУ», содержащей данные обо всех странах мира, вообще нет цифр ВВП, полученных пересчётом национальной статистики через банковский курс, только через ППС. Её составители поясняют: «ППС — лучшая из доступных отправных точек при сопоставлении экономической силы и благосостояния государств».


Всемирный Банк определяет ППС исходя из цен примерно на три тысячи товаров и услуг. Сходные методики у других исследовательских коллективов, хотя их выводы не вполне совпадают. Так, ЦРУ определяет ВВП России для 2001 года в 1200 миллиардов долларов, Венский институт сравнительных исследований (WIIW) — в 1087 миллиардов, Всемирный Банк — в 1028 миллиардов (а год назад, чуть по другой методике, он оценивал наш ВВП в 1296 миллиардов). Согласно «Книге фактов ЦРУ 2002», наша страна занимает по объему ВВП десятое место в мире. Впереди нас США (10 трлн), Китай (5,6), Япония (3,4), Индия (2,5), Германия (2,2), Франция (1,5), Великобритания (1,5), Италия (1,4), Бразилия (1,3).


Ладно, рыдают коммунисты, пусть не сотое, пусть десятое, но ведь были на втором!!! В этом стоит разобраться.


Тень РСФСР


Коммунисты обожают хозяйственные, финансовые и иные сравнения между СССР и новой Россией, избегая напоминать аудитории, что в России сегодня живёт лишь половина населения бывшего СССР. Другая половина, вместе с важнейшими кусками народного хозяйства, распределилась между 14 новыми государствами.


СССР, пока существовал, кичился, что обладает второй, после США, экономикой в мире. Однако в конце 80-х это уже определенно было не так, видимость поддерживалась трюками советской статистики. Нет сомнений, что к своему закату СССР переместился на четвертое место, пропустив вперед Японию и Китай.


РСФСР, естественно, занимала в 1991-м еще более низкую ступеньку. Пропустила ли она уже тогда вперед Индию, сказать трудно: советская статистика намеренно не рассчитывала сопоставимые с заграницей обобщающие показатели вроде ВВП, сделать же это извне было слишком замысловато в силу закрытости советской экономики. А уж пересчитать для РСФСР 1991 года что-либо по паритету покупательной способности было и вовсе неосуществимо — из-за товарного голода, неразберихи с ценами и отсутствия совпадающего с большинством стран мира набора товаров и услуг.


Но вернемся в наше время. Сама по себе величина ВВП, не будучи соотнесена с населением страны, мало что означает. В пересчёте же на душу населения российский ВВП равен, по данным ЦРУ, 8300 долларов. Не очень высокая цифра, но и не провальная. Для сравнения, у Китая она вдвое ниже. Россия по этому показателю занимает второе место среди бывших республик СССР (после Эстонии), опережает нефтедобывающий Оман и совсем немного отстает от Польши, которую нам постоянно ставят в пример. В одну группу с Россией входят и уже совершившее свое экономическое чудо Чили, и самый успешный «тигр» ЮВ Азии Малайзия, и слывущая весьма благополучной страной ЮАР, и соседка США, бурно развивающаяся Мексика.


Удивительное рядом


Если к сегодняшнему российскому ВВП прибавить ВВП остальных бывших советских республик (из той же сводки ЦРУ), сумма составит 1 трлн 815 млрд долларов. То есть, виртуальный СССР образца 2001 года занимает шестое место в мире. А это значит, что несмотря на мучительно длящийся капитальный ремонт постсоветской экономики, обойти эту махину сумели за период после 1991 года только Индия и объединённая Германия — причём Германия лишь потому, что объединённая. ФРГ в границах 1989 года никак не обошла бы.


Но и это ещё не всё. Для каждой страны в «Книге фактов ЦРУ» показана структура ВВП. Так, у США на долю промышленности (включая строительство) падает 18%, сельского хозяйства — 2%, услуг — 80% ВВП. У Китая соотношение равно соответственно 49,3%, 17,7% и 33%, у России — 37%, 7% и 56%. То есть на собственно производство приходится 20% американской, 67% китайской и 44% российской экономики. Да, объём доли услуг тем ниже, чем менее развита страна (в бывшем СССР самый низкий показатель у Туркмении — 28%), и всё же, воспитанный советским учебником экономической географии, я томлюсь любопытством: а как соотносятся между собой самые мощные страны мира по объемам именно производства (т.е. ВВП минус услуги)? Сводка ЦРУ даёт возможность произвести подсчёты. По их итогам, на первом месте в мире по стоимости произведенного оказывается Китай (3725 млрд долларов), а США опускаются на второе (2016 млрд). Далее следуют: Япония (1311 млрд), Индия (1275 млрд), виртуальный СССР (840 млрд; пятое место), Германия (630 млрд), Бразилия (549 млрд), Россия (528 млрд; восьмое место), Италия (449 млрд), Франция (438 млрд), Великобритания (397 млрд).


Сами по себе эти порядковые места мало о чём говорят. То, что Китай физически производит больше США, а Индия больше России, только естественно. Цифры ВВП отражают вал, а не качественную сторону экономики. Простор для улучшения качества ВВП в России пока безграничен. Не исключено, что у нас до сих пор ещё производится некоторое количество алюминиевых ложек, и эти ложки, естественно, тоже входят в ВВП. Но не будем и чрезмерными пессимистами. Приведённые цифры позволяют по-новому взглянуть на потенциал России и её перспективы.


Приведённое распределение отражает и идущую с 60-х годов деиндустриализацию главных «промышленных» стран, решивших, что можно прожить на посреднических, банковских, юридических и страховых услугах, на кредитах (торговле деньгами), на информационных и интернет-технологиях, на туризме, дизайне, модах, на «индустрии» поп-культуры, на всяческом гламуре и глянце, а всё неприятное и дымящее рассовать по менее богатым странам. Только не создадут ли эти страны, оглянуться не успеем, новые ОПЕКи, по примеру нефтяного — металлургический, химический, текстильный, продовольственный и так далее, и не начнут ли диктовать такие цены, что Запад взвоет? Но не будем отвлекаться.


Последняя правда?


Российский, якобы «не преодолённый до сих пор» спад против 1990 года, пика советского времени, — миф, что ясно из данных об электробалансе страны. Известно, что это самый красноречивый экономический показатель, к тому же фальсифицировать его труднее прочих. Конечно, и ток воруют, и продают «мимо кассы», но не с таким размахом, как лес или газ. Сравним потребление 1990-го и 2001 годов. Это соответственно 1073,8 и 875,4 млрд.квт-ч. То есть на фоне ужасных — в разы! — спадов за эти годы по металлорежущим станкам, обуви, телевизорам и т.д. мы видим сокращение всего на 18%.


Вдумаемся в эту цифру. В 1990 году царила затратная советская экономика, электроэнергию не жалели, расценки были символическими. Энергоёмкость народного хозяйства у нас и сегодня остается безобразно высокой (один из первейших признаков отсталого производства), но она всё же снижается, а не растёт. Тарифы же последних лет вызывают такие стоны товаропроизводителей, что только за счёт экономии и энергосберегающих технологий расход электроэнергии должен был упасть, вероятно, на треть при неизменном валовом производстве в стране. А он снизился менее чем на одну пятую.


Страна, где живет Госкомстат


Так есть ли спад этого самого валового производства? Да, выпуск самолётов в упадке. А не восполняется ли он неучтёнными автомобилями? Неучтённой нефтепереработкой, горнодобычей, фармацевтикой, полиграфией? Неучтённым строительством, особенно частным? Всем, на что есть спрос — советская экономика была этим мало озабочена. Никакое ЦРУ не в силах вообразить размах и энтузиазм неучтённой деятельности в современной России. Вся наша жизнь пронизана уходом от налогов и статистики, сокрытием произведённого, «уменьшением налогооблагаемой базы», выдаванием А за Б и прочими увлекательностями. Помните, в чем обвинили «АвтоВАЗ»? В выпуске 200 тыс. «левых» автомобилей. Так это или нет, в данном случае неважно. Важно, что никто не удивился. «А что? Вполне может быть». Данные об электропотреблении говорят: сопоставимый ВВП России сегодня не ниже, а выше уровня 1990 года. И он, конечно же, превосходит цифру, вычисленную ЦРУ. Скорее всего, он выше ВВП Великобритании, Франции и Италии и близок к ВВП объединённой Германии.


Госкомстат же уверяет, что ВВП России 2002 года дополз лишь до 73,7% от ВВП РСФСР 1990 года, а промышленное производство (да ещё «с поправкой на неформальную деятельность»!) — и вовсе только до 61,8%. Зато он насчитал, что скрытая оплата труда составила в 2001 году аж 24% всей оплаты труда в стране.


То, что наш Госкомстат живёт в какой-то другой стране, выявляет пример с новым частным строительством. Цитата: «Только в 2000 г. Министерство по налогам и сборам выявило более 5 млн строений, которые прошли инвентаризацию, но не были зарегистрированы. Еще 15 млн объектов недвижимости не значатся ни в списках БТИ, ни где-либо ещё. “Я уверен, что 20 млн неучтенных строений — только капля в море. Ведь мы проводили лишь выборочные проверки”, — заявил заместитель министра по налогам и сборам Дмитрий Черник». Впечатляет? Но это как бы вид из космоса. А вот вид с птичьего полета: «В Якутске официально зарегистрировано 187 улиц, тогда как на самом деле их 267. В городе выявляется множество неучтённых строений, особенно на окраинах. В пос. Марха администрация пользуется картой 18-летней давности. За эти годы Марха разрослась и вглубь, и вширь, так что даже милиционеры не знают, где какая улица».


Если же верить Госкомстату, частники построили за 2001 год по всей России всего 21 млн кв. м жилья. Т.е. от силы 200 тысяч домов. Строя такими темпами, им потребовалось бы 100 лет, чтобы возвести только те 20 миллионов неучтённых «объектов недвижимости», которые выявило МНС. Которые, в свою очередь, — «капля в море»! Есть вполне убедительные подсчёты, что только в дачи (не в дома для постоянного проживания!) население России инвестировало за постсоветское время триллион, т.е. тысячу миллиардов, долларов — всем нашим олигархам вместе взятым не осилить и пяти процентов этой суммы. Госкомстат не смущают собственные же данные о том, что Россия, будучи седьмой по числу жителей, держит второе место на планете по производству строительного кирпича («Российский статистический ежегодник 2002», табл. 25.30). При том, что в стране заведомо производится и масса неучтённого кирпича! Мало того, кирпич ещё и ввозится из-за рубежа — походите по строительным рынкам, густо покрывшим родные просторы, и убедитесь сами.


Если бы доходы наших людей и впрямь были такими, как уверяет Госкомстат, этих строительных рынков, этих бесчисленных магазинов сантехники и мебели просто бы не было, а количество мобильных телефонов в стране не приближалось бы к четвертому десятку миллионов (уже к концу 2004 года их станет больше, чем стационарных).


А как объяснить стремительную автомобилизацию? Количество автомобилей в России на тысячу жителей сегодня составляет 160, а в 2005 году достигнет 250, сообщил на днях замминистра транспорта, глава «Росавтотранса» Александр Колик. Тысяча жителей — это 312 семей (средний размер семьи в России 3,2 чел.). Что означают 160 автомобилей на 312 семей? А то, что около 50% семей уже имеют автомобиль, и у некоторых семей есть более, чем один автомобиль. Рассчитайте сами, как оно будет в 2005-м.


Согласно вычислениям Госкомстата, среднедушевые денежные доходы российских жителей (работающих и неработающих) составляли в 2002 году 3888 руб. в месяц на человека («Россия в цифрах 2003», табл. 7.1). На усреднённую семью это дает 12442 рубля в месяц. Мобильник такая семья уже может себе позволить. А также, поднатужась, новую стиральную машину и видеомагнитофон. Но могла ли такая семья строить дачу и обзавестись автомобилем? Особенно, если учесть, что ещё в 2000 году, совсем недавно, доходы этой семьи были куда ниже, составляя 7299 рублей в месяц (в 2001 — 9792 руб., а в 1999 — 5308 руб.).


Незашоренные исследователи твердят о нестыковках между нашей статистикой и жизнью давно. Года два-три назад в Интернете ходили расчёты, показывавшие, что доля «чёрной» зарплаты в среднем по России равна 59.5%, а в Москве 81%. Вот это больше похоже на правду.


Из-за исполинских размеров теневой экономики казна недополучает миллиарды, а государство имеет нищенский бюджет, совершенно не соответствующий его потенциалу, не хватает денег на науку, образование, здравоохранение, правоохранную деятельность, дороги. И всё же пусть лучше продукция производится в тени, чем не производится совсем. Ведь пребывание в тени не будет вечным. Государство, если оно заслуживает так называться, рано или поздно сумеет снизить долю теневой экономики до терпимой — скажем, до итальянской (в Италии всякий чуть ли не с гордостью скажет вам, что эта доля равна 27%, хотя статистическая служба этой страны, чтобы не злить Евросоюз, добавляет к данным о наблюдаемой экономике лишь 15%).


Снизить эту долю абсолютно реально. Более чем двукратное увеличение федерального бюджета между 2000 и 2002 годами (2202,2 млрд руб. против 1029 млрд руб.) стало возможно как раз за счёт мер по выведению экономики из тени. Иначе откуда такой скачок собираемости налогов без увеличения (и даже при снижении) их ставок?


Да и задача удвоения ВВП к 2010 году много проще, чем думают некоторые. Во многом она сведется к превращению ненаблюдаемой части экономики в наблюдаемую.


Занимательная экономика


Разумеется, Госкомстат не старается с помощью цифр очернить российскую действительность. И, в отличие от советского времени, не приукрашивает её. Он обрабатывает ту статистическую отчётность, которую в обязательном порядке получает по установленным каналам и даже, как мы видели, пытается оценивать «неформальную деятельность» и «скрытую оплату труда» — пока не очень удачно.


Госкомстат участвует в программах международных сопоставлений ООН. Там, где речь идёт о сравнении цен, т.е. величин, которые на виду, Госкомстату можно доверять.


Итак, из-за недоучёта теневой экономики наш ВВП оказывается резко заниженным, кто бы его ни вычислял — Всемирный Банк, ООН, ЦРУ или Госкомстат. И всё же оценка Госкомстата интересна тем, что позволяет понять, какова в расчётах нашего статистического ведомства средневзвешенная стоимость доллара. ВВП России в рыночных ценах, по данным Госкомстата, равнялся в 2001 году 9 триллионам 39 миллиардам рублей («Россия в цифрах 2003», табл. 12.1), в сопоставимой же валюте, т.е. в долларах, эта величина оценена Госкомстатом в 1 триллион 54 миллиарда долларов (там же, табл. 25.5). Значит, усреднённо в масштабах всего российского ВВП один доллар был равен в 2001 году 8 рублям 58 копейкам, в три с половиной раза меньше, чем в уличных обменниках. Экономисты говорят, что страны «догоняющего развития», в первую очередь Китай, привлекают инвестиции тем, что поддерживают у себя валютный курс доллара на уровне 20-40% от ППС, чтобы на 1 доллар США в этих странах можно было купить в 2,5-5 раз больше товаров и услуг, чем в самих США. Это условие в России, выходит, выдерживается, а вот инвестиций что-то не видно. Правда, и в Китай инвестиции пошли лишь где-то на 13-м году реформ, начатых в 1978-м.


В упомянутой таблице 25.5 есть ещё одна любопытная строка: «Сопоставимый уровень цен». В 2001 году он составлял в России, по данным международных сопоставлений, 29% от цен США на круг. В 1999 году этот показатель равнялся 22%, в 2000-м — 26%. Не скажешь, что наши цены подтягиваются к американским черепашьими шагами.


Изменил ли бы эту скрытую стоимость доллара, и в какую сторону, учёт теневой составляющей, это вопрос для «Занимательной экономики». Небось, уже кем-нибудь написана, да разве уследишь в том вале новых книг, что обрушивают на наши головы свободные (наконец-то!) российские издатели?


Я мечтаю о такой книге. К примеру, стало ли вам, дорогой читатель, яснее, на каком мы месте в мире? Мне лично не стало. 8300 долларов годового ВВП на одну российскую душу, это что? Каждый получает по 692 доллара в месяц? Нет. Это условная величина, выведённая ради сравнения с другими условными величинами. Ну, сравнили. Прояснились ли какие-то загадки?


В России неприлично низкие пенсии, но при этом объём рублевых вкладов в Сбербанке вырос с 1999 года вчетверо, и главным образом, за счёт пенсионеров, не удосуживающихся снимать поступающие деньги. На посткоммунистическом пространстве есть страны, где, с точки зрения наших стариков, пенсии просто дивные, но сходный рост пенсионерских вкладов отсутствует, ибо эти пенсии полностью съедает квартплата, отопление, электричество, телефон. Так ведь и миллионы наших стариков говорят то же самое: от пенсии ничего не остаётся, жить не на что.


Вообще страны надо сравнивать как-то иначе, например, по очкам. И это делается. Базирующаяся в Париже Международная Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) ежегодно публикует список стран по уровню их благосостояния и развития. Показатель уровня — количество очков (пунктов). Их подсчёт ведётся по сложной методике с учётом огромного числа показателей. Не могу привести последние данные, они доступны лишь за плату, и немалую. По итогам 1999 года, очень тяжелого для нас, Россия получила в списке ОЭСР 34 пункта, что ставило её сразу за Польшей (35 пунктов). После России шла Эстония (33 пункта). У Литвы было 29 пунктов, у Белоруссии 26, у Латвии 25 (как у Болгарии). Казахстан (22 очка) опережал Украину (17 пунктов), чей показатель был ровно вдвое ниже российского. Туркмения и Грузия имели по 15, Киргизия и Молдавия – по 11, Азербайджан, Армения и Узбекистан – по 10, Таджикистан – 5 пунктов. После 1999 года дела в России сильно улучшились, но и другие не стояли на месте, так что порядок стран если и изменился, то скорее во второй половине приведенного списка, чем в первой.


Какая страна лучше?


Какие же изо всего этого следуют выводы? Россия прошла нижнюю точку своей кризисной эпохи (преобразования такого размаха всегда имеют кризисный характер), модернизационные процессы в ней уже неостановимы, её возвращение в лигу основных промышленных стран не за горами. Исключения есть, но в целом можно сказать: Россия производит сегодня то, что продаётся, а не пытается продать то, что производится. Время летит быстро, скептики и недруги не успеют опомниться, как наша страна станет передовой не только по количеству, но и по качеству производимого. Россия обладает солидной промышленной базой, интеллектуальным потенциалом, все ещё недорогой рабочей силой, мощными запасами энергетических ресурсов и иного сырья, включая уникальное. Она является великой энергетической державой, в том числе среди стран «большой восьмерки», занимая уникальное положение в мировом энергетическом хозяйстве. В России высокие, мало где ещё достижимые нормы прибыли. Бесспорно, многих инстранных инвесторов останавливает несовершенство законов и взяточничество чиновников (в странах с переходной экономикой других чиновников не бывает). А также «чёрный пиар» — нагнетание, сознательное или нет (боюсь, сознательное), ужасов о России.


Ещё один вывод. С учётом того факта, что продукция страны явно много выше, чем принято считать, всё более диким выглядит размер оплаты труда бюджетников, всё менее извинительными — мизерные затраты на науку и образование. Уже нельзя больше ссылаться на бедность страны, нельзя уверять, что черпать неоткуда. Есть откуда.


И самый важный (с моей точки зрения) вывод. Исчисление ВВП — дело замысловатое даже в условиях прозрачной экономики, повального законопослушания и всеобщей налоговой дисциплины. Оно, по большому счёту, невозможно даже в таких странах ЕС, как Италия и Греция, не говоря уже о новых членах этой организации, оно невозможно в латиноамериканских странах, как и вообще в большинстве стран мира. Данные о ВВП нужны всемирному братству статистиков, но не нужны нам с вами, дорогой читатель. Это видимость информации, мешающая видеть страны мира такими, какие они есть. Никакой ОЭСР не учтёт в расчёте своих «пунктов» тот факт, что у нас, как оказалось, самые красивые женщины в мире. Это радостное открытие совершили миллионы наших мужчин в 90-е одновременно с открытием заграницы. А какие индексы и коэффициенты отразят напряжение культурной жизни сегодняшней России? Её аналог в Европе кажется мне достаточно чахлым.


Сейчас я поставлю точку и поеду в редакцию GlobalRus. Можно послать электронной почтой, но хочется увидеть коллег. Я выйду на улицу, подниму руку, и если не первый, то второй частник довезёт меня до места за малые деньги. В Париже или Риме мне пришлось бы искать стоянку такси, да и оплата не идёт ни в какое сравнение. А в пути мы ещё поговорим о политике.



Александр Горянин

Публицист, писатель, историк, доцент Межвузовского центра по изучению России Российского университета Дружбы народов, учредитель Гражданского Клуба (Москва), один из основателей и первый главный редактор электронного периодического издания "ИНТЕЛЛИГЕНТ"; в 1990-е годы (до перехода в Университет Дружбы народов) был обозревателем газеты "Век", главным редактором журнала "Международное сотрудничество в сфере образования", главным редактором издательского дома агентства ИТАР-ТАСС; автор более 200 публикаций, печатался в "Литературной газете", "Русской мысли" (Париж), журналах "Грани", "Посев", "Звезда", "Новый мир", "Огонек", "Колокол" (Лондон) и других изданиях; автор исторической серии (36 часовых передач) о Гражданской войне на Радио Свобода; автор книг "Разрушение Храма Христа Спасителя" (Лондон, 1988, под псевдонимом) и "Мифы о России и дух нации" (Москва, 2002); повесть "Груз" (2001) отмечена премией журнала "Звезда" "За лучшую публикацию 2001 года" и номинировалась на "Премию Ивана Петровича Белкина за лучшую повесть", и на премию "Национальный бестселлер".



Новостная лента


О нас

Выстраивая концепцию медийной научно-социальной платформы «Интеллигент», мы, прежде всего, опирались на исходное значение слова intelligent (лат.) — «понимающий, мыслящий». Издание обращено к тем, кто занят интеллектуальной деятельностью, к тем, для кого умение понимать и мыслить составляет основу их профессии.